— Нагнетание напряженно[сти] в Дубоссарах началось [прим]ерно с десяти часов ут[ра]. Местные сторонники [НФ]М, выполняя волю своих [киши]невских хозяев, пыта[лись] организовать «волну на[родн]ого гнева» в селе Лунга.
[Т]ак как их было мало, с [прав]ого берега «мобилизова[ли]» [п]омощников, примерно на [деся]ти автобусах. Чтобы не [допу]стить массовых беспо[рядко]в, их в село не пустили.
[Ка]к показали дальнейшие [событ]ия, это решение было [абсол]ютно правильным. В про[тивно]м случае у гвардейцев в [тыл]у могли оказаться прибы[вшие] под видом мирных жи[телей] вооруженные опонов[цы].
— О выстрелах на Полтавском шоссе в субботу мы уже информированы. Очевидно, это все события одной цепи?
— Несомненно. И в этом же ряду подготовленное убийство начальника Дубоссарского горотдела милиции Игоря Сипченко. Ближе к половине десятого вечера в ГОВД поступило сообщение о якобы большой драке в общежитии швейной фабрики. Майор Сипченко с нарядом срочно выехал к месту происшествия. Но в общежитии все было спокойно, ни о каком ЧП там и не ведали. Когда после 22.00 милицейский УАЗ-469 возвращался обратно, примерно метрах в 120-130 от здания полиции он был остановлен плотным автоматным огнем. Сигналом к его открытию послужили две осветительные ракеты. Майор Сипченко был убит. Но стрельба на этом не прекратилась. С противоположной стороны здания полиции в это же время проходил гвардеец Петр Олейник. Он и вступил в перестрелку, отвлекая огонь на себя. Петра ранило. Когда огонь прекратился, Олейник отчетливо увидел, как через ограду полицейского здания перепрыгнули несколько человек в гражданской одежде, вооруженные автоматами.
— Ваше решение?
— Здание полиции было моментально блокировано. Я приказал огня не открывать до особого распоряжения. В это время уже начались переговоры с официальным Кишиневом. В. Берлински и К. Антоку было предложено немедленно дать команду о сдаче полицейскими оружия. Им гарантировалась безопасность. Этот ультиматум был предъявлен в ответ на убийство Сипченко. Но и председатель парламентской комиссии и министр внутренних дел тянули время. К переговорам подключился премьер-министр В. Муравски, но ответил прямой угрозой: «Если будет предпринято нападение на отдел полиции, я подниму все силы и раздавлю вашу так называемую республику».
Переговоры продолжались примерно с полуночи до половины третьего ночи. У здания полиции между тем стали собираться дубоссарцы. Тысячи людей требовали немедленного возмездия за убийство Сипченко, и теперь уже гвардейцам приходилось защищать полицейский участок.
В 2.40 была дана команда штурмовать здание. На первый этаж пробились без выстрела. Это заставило полицейских одуматься, и большинство из них вскоре начали сдачу оружия. Когда их стали выводить, из окон второго этажа раздался прицельный огонь по сопровождавшим полицейских казакам и гвардейцам. Казак М. Зубков был убит. Тяжело ранен есаул В. Мешков. Получил ранение гвардеец Ю. Пасечник.
Ответный огонь однако не отрезвил полицейских. Они сдались только под угрозой физического уничтожения. Всего были арестованы 34 человека — 23 местных полицейских, восемь правобережных и три вольнонаемных работника таможни.
Работники милиции в эту же ночь задержали еще троих полицейских — все пришлые, один — майор полиции из Кайнар. Вполне допустимо, что убийство на Полтавском шоссе — дело их рук.
— Как ответила официальная Молдова?
— В 4.00 по Молдове для всех вооруженных формирований была объявлена боевая тревога. В районе Голеркан, напротив Кочиер, примерно в пять утра были замечены 8 автобусов и две грузовые машины с вооруженными опоновцами. В Вадул-луй-Водах — до 15 автобусов и два грузовика с вооруженными людьми. Естественно, и в Приднестровье для всех вооруженных формирований тоже объявлена боевая тревога.
— Ваши дальнейшие действия?
— На территории Приднестровья действует Указ Президента ПМР, которым полицейские и иные вооруженные формирования Молдовы, дислоцированные в нашем регионе, объявлены незаконными. Нам остается только неукоснительно ему следовать. Это же относится и к засылаемым в Приднестровье террористическим группам. Террор в Приднестровье не пройдет.
Sursă: Dnestrovskaia Pravda, Nr. 50 (7736), 3 martie 1992, pagina 1, coloanele —.
