PPresa 90-92Газетный архивНазад к 4 февраля 1992
Поиск по архиву⌘K
Вочя Попорулуй№ — · Стр. 6 · Колонки —

Сообщить о проблеме

О статье «Приднестровская альтернатива»

Что вы хотите сделать?

Приднестровская альтернатива

От Владимир Дурнов

Машинный перевод с румынского · Показать оригинал

Текст статьи

Помните анекдот? Оказавшись в затруднении, старый еврей непременно находил два выхода, или, говоря современным языком, — альтернативы. В последнее время мы, жители Молдовы, отчаянно ищем хотя бы один законный выход из противостояния между руководителями левобережных районов и конституционным правительством республики.

С каждым новым коленцем этой истории любой здравомыслящий человек доброй воли убеждается в необоснованности доводов, которыми тираспольчане пытаются оправдать свою позицию. Сначала не хотели признавать законы о языке, но выяснилось, что и другие республики приняли аналогичные законы, а кое-где даже более жёсткие. Потом их не устроил молдавский триколор — настолько невыносимый, что хоть руки на себя наложи. Однако триколор появился и в России, а Украина утвердила жёлто-голубой флаг в качестве государственного стяга. Споры на эту тему, похоже, прекратились и в Приднестровье. Там не признавали предложенную систему исполнительной власти, но, глядишь, и в Москве назначили префектов. И этот довод не годится. Левобережные требуют подчинить органы внутренних дел местной псевдовласти; из-за этого бендерские женщины перекрыли железную дорогу, как когда-то Раймонда Дьен своим телом остановила поезд с французскими танками для войны во Вьетнаме. А теперь гвардейцы из батальона «Днестр» открыто нападают на них с оружием в руках. Кстати, откуда у этого «Днестра» оружие? А помните, сколько шума поднимали тираспольчане, когда Правительство Молдовы захотело создать корпус карабинеров как атрибут государственности республики? Осадили исполком в Дубоссарах. Недавно взяли в заложники бендерского прокурора, вставшего на страже законов Республики Молдова. Что ещё придумают? Чтобы и самим мучиться, и других мучить. Но это не может длиться бесконечно. Люди устали мёрзнуть в пикетах, они хотят работать, содержать семьи, воспитывать детей. Надо жить, а тут все пристрастились и играют в политику.

Сегодня, похоже, не осталось других доводов, кроме одного: Молдова, видите ли, хочет объединиться с Румынией, хотя ни Парламент, ни Правительство республики НИКОГДА этого не заявляли и даже не намекали на это. Но именно по этой причине приднестровские лидеры, поддерживаемые ОСТК (или наоборот?), из кожи вон лезут, чтобы сохранить СССР и своё вхождение в Союз как «независимой республики». Советского Союза больше нет, входить некуда, в Минск и Алма-Ату смирновых и маракуц никто не звал и звать не мог; путчисты, бывшие их главной опорой, арестованы, находятся под следствием и вообще сели в тюрьму. И тем не менее «Трудовой Тирасполь» твердит своё, хотя из названия этого великого государства тихо, даже не покраснев, убрали слова «Советская» и «Социалистическая», за которые были готовы схватиться с «молдавскими националистами». За что же они тогда боролись? Как можно выбросить на свалку самые дорогие идеалы и принципы, от которых две недели назад ни за что не могли отказаться? Или эти принципы были просто так, для виду...

Жизнь же идёт своим неудержимым ходом и не считается с тираспольскими «корифеями» и их благодетелями в лице либерал-демократов типа Жириновского — субъекта, над которым смеётся весь мир. Независимость Молдовы официально признана и подтверждена не только правительствами России и Украины, что в данном случае особенно важно, но и более чем 70 государствами, в том числе США, Великобританией, ФРГ, Францией, Италией и др. А это значит, что мировое сообщество признало нашу республику независимым унитарным государством.

Таким образом, сам ход событий, сама история против тираспольских сторонников сепаратизма. Казалось бы, пора оставить эти идеи. Ведь ясно, что ни на какую поддержку извне надеяться уже нельзя, хотя с самого начала было ясно, что принципиально они её получить не смогут. Оказавшись в тупике, смирновы, маракуцы и большаковы хотят ещё что-то доказать странным способом — силой оружия, угрозами и ложью. Какова же, стало быть, альтернатива (и есть ли она вообще) нынешнему развитию событий, кроме как положить конец ненужному упрямству ради «независимости» левобережья, сохраняющей на этом клочке молдавской земли старый имперский менталитет?

В том-то и дело, что никакой альтернативы с самого начала не было. Ещё в 88-89-м Трудовой Тирасполь (здесь я не беру эти слова в кавычки) должен был долго подумать и почесать в затылке, прежде чем объявлять забастовки. Впрочем, я не хотел бы винить простых людей и ругать их, хотя у каждого должна быть своя голова на плечах. Но тираспольчане, скажу прямо, потеряли головы.

Во всей истории противостояния двух берегов главной улицы Молдовы больше бьются эмоции, чем конкретные доводы. Подумал ли кто-нибудь на левом берегу о том, сколько страха и боязни в действиях его руководителей? Чуть что им померещится — возводят бетонные баррикады, ложатся на рельсы и бросаются на районные отделы полиции, посылая впереди гвардейцев пенсионеров вместе с наёмниками, вооружёнными краденым оружием, и приблудных казаков. Но известно, что боится тот, кто неправ, у кого нет доводов или кто в них не верит.

Какова же альтернатива сложившейся в республике ситуации? Будем исходить из желания, которое лелеют в мечтах руководители левобережья: Приднестровье становится независимым государством. В каком случае? При каких условиях? Они сами указывают на условия, желая их больше других: объединение Бессарабии с Румынией, которое, с их точки зрения, недопустимо для молдаван.

Что ж, давайте сначала рассмотрим этот вопрос, спросив себя, почему Смирнов, Маракуца, Большаков и их приспешники так дико и разнузданно ненавидят румынский народ? Только потому, что королевская Румыния воевала на стороне гитлеровской Германии против советского народа? Хватит уже! На стороне фашистов воевали Венгрия, Австрия и даже столь уважаемая А. И. Большаковым Италия, где фашизм установился даже раньше, чем в Германии, но с этой страной он поддерживает сердечные отношения. И даже организовал с итальянцами совместное предприятие. А Румыния? Румыния после войны прошла ту же голгофу «развитого социализма», который обанкротился вместе с крахом тоталитаризма и у них, и у нас. Почему же они так злобно ненавидят румынский народ?

Об объединении. Весь мир, в том числе тогдашнее руководство СССР, приветствовал воссоединение двух частей немецкого народа в едином государстве. Десятилетиями стремятся к объединению две части корейского народа, и мешают им лишь идеологические бастионы. Такая же ситуация сложилась и в Северном и Южном Йемене. Ирландцы борются за единство своей страны, от которой ещё в 1921 году была отторгнута северная часть. Так что стремление народа создать единое государство — не прихоть отдельных личностей, а историческое явление, которое не всегда осуществимо. Но оно существует, и его нельзя игнорировать по чьему-то произволу. Это раз.

Другое дело, что развитие этого явления действительно зависит от людей, от всех людей, от всего народа, от его исторической зрелости, от соответствия требованию дня. Захочет весь молдавский народ объединиться с румынским — объединится, хоть ты лопни. Но захочет ли? Ответ на этот вопрос может дать только народ, и приписывать ему чьё-то мнение, чьи-то фантазии никто не вправе.

Надо спокойно разобраться, подумать. Политики левобережья используют довод, который кажется им неопровержимым, чтобы оправдать свой сепаратизм. Они ссылаются на то, что если мы признаём незаконным и недействительным пакт Риббентропа — Молотова, по которому Бессарабия отошла к Советскому Союзу, то левобережная часть Днестра, входившая в состав СССР, к нему никакого отношения не имеет, а значит, молдаване не могут претендовать на Приднестровье. Оно должно стать независимым государством.

Неопровержимый ли это довод? Не торопитесь, уважаемые, полегче. Ведь и Восточная Пруссия, и Померания, Силезия, Западная Моравия тоже не имеют никакого отношения к пакту Риббентропа — Молотова, но после окончания Второй мировой войны были включены в состав СССР, Польши и Чехословакии. Однако никто в Европе — и Правительство ФРГ это особо подчёркивает — не претендует на пересмотр послевоенных границ, даже если где-то была нарушена историческая справедливость, считая сохранение сложившегося положения надёжной гарантией мира на континенте. Молдавская ССР в тех очертаниях, в которых она существует и сегодня, была образована до войны. Следовательно, приднестровские псевдолидеры грубо попирают общеевропейское согласие, закреплённое хельсинкскими соглашениями. Или эти руководители думают, что только они знают, где собака зарыта, что схватили Бога за пятки, а чёрта за хвост? Своими действиями они нарушают хельсинкские соглашения и сеют раздор в мирном общеевропейском доме.

По сути, дело вовсе не в румынах. Слишком уж они привыкли считать себя «старшими братьями», самыми умными в семье, то есть только решать, распределять, разрешать, запрещать, руководить другими. Как же им согласиться, когда без их ведома и снисходительного разрешения кто-то объявил себя независимым, принимает законы, устанавливает новые структуры власти? Вот что пугает их до дрожи: им очень неуютно оттого, что они больше не руководят и их не считают самыми умными. И ничего хорошего впереди их не ждёт. Чтобы тот же А. И. Большаков остался генеральным директором «Точлитмаша», по законам Республики Молдова он должен овладеть государственным языком. А он не хочет, да и возраст не тот, и желания нет. Не позволяет и гонор подчиниться «новой кишинёвской власти». Вот он и стоит горой за собственные интересы, а не за интересы рабочих предприятия, к которым законы о языке повышенных требований не предъявляют.

Такова истинная подоплёка доводов, которыми оперируют приднестровцы. Вот сколько они весят. Поэтому призывы разорвать на части Молдову, которую уже не раз делили между разными странами, не спрашивая её, нельзя оправдать никаким политическим мотивом.

Тогда, может быть, есть экономические мотивы?

К сожалению, в […] мы не найдём ни условных, ни мнимых мотивов, чтобы оправдать […] смирновых и маракуц. С конца Второй мировой войны (за […] довоенный не удалось […] многого) вся Молдова развивалась в составе СССР как своеобразный и единый экономический район со своими внутренними связями, во многом отличными от других районов. Да, правда, развитие шло в едином экономическом пространстве Советского Союза, и иначе быть не могло. Но никто не скажет, что Молдова (или её часть) была с тех пор звеном какого-то другого района, скажем, Украины. Какой-нибудь Сердюк, Брежнев, Бодюл — именно они, бывшие руководители Молдовы, решали, где и что строить, как и что сеять. Промышленность по ряду причин развивалась больше в Приднестровье. Но всё это входило в государственные планы республики, включалось в её экономические связи, было плотью от плоти её экономики. Можно говорить сегодня о том, что промышленный перебор в Приднестровье нанёс ущерб природе. Но гораздо больший вред природе правого берега Днестра принесли руководящие директивы союзного центра и местных руководителей: здесь построили десятки животноводческих комплексов (по 50 тысяч и даже 100 тысяч голов!), которые вместе с безмозглой химизацией отравили всю молдавскую землю.

Получился тесно связанный экономический узел. Может ли перерабатывающая промышленность левобережья обойтись без связей с правым берегом? Цементный завод — без канатной дороги через Днестр, металлургический завод — без металлолома, собираемого по всей республике, ради чего он и был построен? И правому берегу будет трудно без связей с Приднестровьем. Потому что они составляют единый экономический организм. Но он не может существовать сейчас без единого экономического пространства, сложившегося на территории бывшего СССР, в которое он десятилетиями врастал. Это совершенно очевидно. Поэтому и стоит подпись Мирчи Снегура под документами СНГ.

И именно потому, что мы — и левый, и правый берег — составляем единое экономическое целое, мы могли бы осуществить (быстрее других республик Содружества) переход к рыночным отношениям, имея условия, которых у других нет. В основе экономики Молдовы — развитый агропромышленный комплекс, опирающийся на самые плодородные почвы СССР (на 10-15 баллов больше по бонитировке, чем принятые за эталон кубанские чернозёмы), на высокорентабельные культуры, которые можно быстро сменить. Это как раз то, что активно откликается на рыночные отношения, давая прирост продукции. Изолируясь, мы теряем эти преимущества. Следовательно, отделяясь, тираспольские лидеры тормозят становление рыночной экономики, нанося вред прежде всего населению промышленного Тирасполя. Неужели рабочие этого города ещё этого не поняли?

Я мог бы предложить им для размышления и обсуждения и другое. Украина ввела купоны и вынуждена (из-за нехватки рублёвых банкнот после либерализации цен) частично использовать их вместо денег. За границей уже печатают настоящие карбованцы. Решила поставить свой знак на рубле и Беларусь. Парламенту Молдовы не остаётся ничего иного, как вскоре перейти на собственную денежную систему. Что будут делать тираспольчане после введения карбованцев и леев со своими обесцененными и ничего не стоящими рублями, когда те хлынут с Украины? Чем тогда закончится игра в государственную независимость? Таких экономических проблем много, и они не в пользу сепаратистов Приднестровья.

Нет никаких этнических мотивов, чтобы оправдать политику тираспольских лидеров. За всю историю этого края нет ни одного случая вражды между молдаванами, украинцами и русскими, с которыми они веками жили бок о бок. Против общих врагов они воевали вместе. Население Бессарабии и Приднестровья объединяла только дружба. Отделяясь от Молдовы, политики левобережья разрушают эту вековую дружбу, восстают против истории.

Таким образом, остаётся лишь один мотив их притязаний — идеологический. Вот где собака зарыта.

И вовсе не потому радуются и кривляются лидеры тираспольских сепаратистов, что Молдова якобы хочет объединиться с Румынией. Они прекрасно понимают, что молдавский народ в большинстве своём выступает за независимость своего государства. Это ясно показали выборы Президента Молдовы. Они упрямо настаивают на сепаратизме потому, что их не устраивает современный процесс демократизации жизни.

Вспомните, с каким воодушевлением они встретили августовский путч в Москве, какие телеграммы слали Янаеву и какие статьи печатали в своих газетах. Вспомните и другое. Кто на сессии Верховного Совета СССР после путча пытался защищать путчистов? Только лидеры злополучной группы «Союз», то есть те, кто ратовал за чрезвычайное положение, — Алкснис, Петрушенко, Коган и вместе с ними «наш» Блохин. Обратите внимание — одни лишь депутаты от Приднестровья. Правда, они чаще говорили о том, что за этим последует «охота на ведьм», что это «недемократично» и т. д. Понимают котятки, кто и каким молочком их напоил. Совсем как Каганович после разгрома антипартийной группы — боялся, как бы с ним не поступили так, как поступал он. А как хотели поступить сторонники сталинизма в 90-е годы, видно из документов, содержание которых предано огласке в ходе следствия по делу путчистов: введение чрезвычайного положения по всей стране, разгон Советов, запрет всех партий, ликвидация рыночных отношений, расстрел на месте за воровство, грабёж и насилие. Тоталитаризм во всём его жалком великолепии! Покруче даже, чем у Иосифа Сталина! Вот что приветствовали и хотели продвигать лидеры Приднестровья! Кто ходит кривыми путями, тот боится, больше всего он боится правды. Поэтому и ходили гвардейцы батальона «Днестр» с оружием[…] вокруг избирательных участков. Поэтому и бросаются на отделы внутренних дел, не желающие им подчиняться, поэтому и заманивают казаков, как Николай Кровавый, чтобы держать народ в страхе.

Неправ, тысячу раз неправ человек […], который примет за национализм тот естественный исторический процесс, что обозначился у нас как национальное возрождение молдавского народа. Ему нужно не противиться, а поддерживать его, ибо это прекрасный порыв. Хотя, как и любое общественное явление, он прорывается крайностями националистической окраски. Этот процесс идёт не только в Молдове, а во всех республиках бывшего Союза, в том числе в России. Причём гораздо болезненнее и с большими искажениями.

В поисках путей к процветанию каждый народ бывшего СССР, в том числе русский, осуществляет идеи, связанные с его собственной историей, традициями и обычаями. Эти поиски нужно довести до конца, а не громоздить из них завалы. По крайней мере сегодня стало ясно, что союз народов СССР, где действуют один и тот же идеологический императив и один и тот же административно-бюрократический центр, не может осчастливить народы, может лишь уравнять их в нищете. Бессмысленно и вредно бороться с процессом становления самосознания любого народа. Поступая наоборот, тираспольчане берут на душу двойной грех: они перестают чувствовать себя русскими, украинцами, молдаванами и превращаются в шариковых и швондеров, у которых, как кто-то верно заметил, нет национальности. Показательна в этом смысле дружба приднестровских лидеров с Жириновским, который не признаёт иных национальностей, кроме русской, иных национальных образований, кроме русских губерний.

По действиям тираспольских жириновских молдаване вынуждены судить обо всём русском народе. Хотелось бы надеяться, что молдаване сумеют сохранить глубокое уважение к нему, как и к другим народам.

Анализируя события августовского путча в Москве и сравнивая их с другими подобными переворотами, профессор Нью-Йоркского университета А. Янов подтвердил мнение многих социологов о том, что путч не мог победить. Нет шансов на успех и у сепаратистской политики и деятельности приднестровских лидеров.

А может быть, мы, чёрт знает, недооцениваем новое «историческое» явление — рождение новой «приднестровской» нации, своего рода конгломерата вроде того, что сложился в Северной Америке? И он будет противопоставлен, вопреки марксизму, всему национально-специфическому? Но тогда он должен пройти все этапы, которые прошла история американцев. А если так, то история края, которую начали писать смирновы и маракуцы, как и американская, пройдёт через гражданскую войну (за независимость от Республики Молдова), продолжится борьбой за освобождение своих «негров» (белокожих, разумеется, только неясно, кем они будут — русскими, украинцами или всё-таки молдаванами, чьё этническое имя носит это государство) и закончится победой «новой демократии» под прицелом оружия под руководством генералов-пенсионеров бывших армий СНГ (если у них найдётся время, ведь они больше заняты продажей старых дач, чтобы бесплатно строить себе новые руками русских и украинских солдат).

Нет для русских и украинцев левобережья иной альтернативы, кроме как продолжать жить, как жили веками, в мире и дружбе со всеми молдаванами. А это значит, что нужно раз и навсегда отречься от сепаратизма. Другого решения нет. Люди доброй воли должны это понять.

Источник: Вочя Попорулуй, № —, 4 февраля 1992, стр. 6, колонки —.

Отправить правку

0 правок к «Приднестровская альтернатива». Редактор проверит их до того, как они появятся на сайте.

Напишем, когда правку проверят.

Эта статья · с.6