Сколько раненых в больницах Молдовы?
Вести, поступающие из зоны конфликта, по-прежнему крайне тревожны. С вовлечением 14-й армии в боевые действия всё новые и новые люди, сорванные с родных мест, отправляются в скитания. Катастрофически выросло число убитых и раненых. В больницах, где лежат раненые, [о]сознаёшь истинные масштабы [э]той бойни, трагическим следствием [к]оторой будут десятки искалеченных и изувеченных людей. Что ждёт их в будущем, кто поможет, кто будет содействовать их социальной реа[б]илитации?.. Почему мы задаёмся [т]акими вопросами? Потому что даже [л]ечение их становится сегодня проблемой. [Н]есколько врачей, с которыми мы беседовали, [г]оворили нам об остром недостатке [м]едицинских препаратов, перевязочных [м]атериалов, современного оборудования. [Ч]асто самые большие усилия [за]трачиваются не на собственно лечение [п]ациента, а на поиск нужных лекарс[тв]. В кишинёвской больнице скорой помощи, например, имеется [ог]раниченное число аппаратов искусственного [дыха]ния, от которых [час]то зависит сама жизнь пострадавших. Что [про]исходит, когда число тех, кому [ну]жны эти аппараты, превышает [чи]сло аппаратов?.. Да и эти немногие [ап]параты уже устарели, с ограни[ченн]ыми возможностями.
Может ли служить оправданием то, [что] вся экономика сталкивается сегодня [с] серьёзными проблемами? Думаю, нет. Есть [об]ласти, которые должны пользоваться [о]собой заботой, работать без [сбо]ев в любых ситуациях. Нельзя бесконечно [рас]считывать лишь на энтузиазм [и с]амоотверженность людей. Нельзя [ра]ссчитывать лишь на щедрую помощь из Румынии и других […], помощь, за которую мы безмерно [бл]агодарны, но которая не может [ре]шить всех существующих проблем. [Кон]фликт в Приднестровье длится не […] и не с сегодняшнего дня. Следовало [пред]видеть возможность его резкого поворота, чтобы не быть застигнутыми [врас]плох.
Преступление без наказания
[И]нформационную войну мы проиграли [пл]ачевно. Мировая [общ]ественность дезинформирована […] проимперским каналом «Останкино», апо[логе]тами сепаратизма в восточной зоне [Мол]довы. Зверства, преступления, которым [пре]даются «защитники Приднестровья», [м]аскируются — в лучшем случае — в информационных [прог]раммах [национ]ального телевидения. Этого слишком мало. [Амер]ика, Франция, Япония не смотрят […]дение Молдовы!.. А [вес]ь мир должен знать о [ген]оциде, который идёт в Приднестровье, [о] людях, связанных и утопленных в […], о матери, которую бросили […] вместе с двумя её детьми. [… ве]лико число убитых и раненых детей [… эт]ой войне? 23 марта погибли Андрей и Владимир Манталуцэ в […] 11 и 6 лет, 24 марта [… в] Похребе ещё двое детей: Нагыц […] Эуджения. 30 марта в результате [… вз]рыва, оторвавшего ему обе но[ги,] умирает Георгицэ Гроза 6 […] 22 мая на руках […] убита Родика Раду, которой было всего 2 […] В больницах находятся десятки [… с] ожогами и очень тяжёлыми ранами, […]ыми от взрывов и выстрелов. [… из] них не вернутся […]да к нормальной жизни. Чьи […] искупают эти дети или чью близорукость, амбиции, недобросовестность?..
Павлик Морозов жив...
Коммунистический режим, основанный на страхе и терроре, принёс с собой небывалое по своей чудовищности явление, вызвавшее тяжёлые мутации в сознании людей. Детей заставляли отрекаться от родителей, братья предавали братьев, одни сажали в тюрьму соседей, друзей, чтобы спастись самим. Эта противоестественная ситуация нанесла тяжёлый ущерб всем народам, опекаемым «старшим братом».
Это явление не умерло и сегодня. Коммунистическая идеология, положенная в основу существования «Приднестровского государства», развязала эту братоубийственную войну. Родственники, друзья, соседи оказались по разные стороны линии фронта: одни — из страха, другие — обманутые смирновской пропагандой. Трусость, угодничество, взращённые за более чем 70 лет советской власти, дали плоды. В то время как одна часть коренного населения приднестровских сёл борется за освобождение земель предков, другая составляет для казаков и гвардейцев списки «врагов народа». Тех, кто в списках, хватают, истязают, глумятся над ними, убивают. Те, кто составляет списки, получают квартиры, другие материальные блага. Да ещё и грабят дом убитого соседа. Грабежом занимаются и гвардейцы, когда не убивают. А поводов убить много. Средь бела дня на глазах у соседей был жестоко избит, а затем убит пенсионер Давид Урсу из села Коржова. Затем гвардейцы облили дом старика бензином и подожгли. Повод — его сын был командиром добровольческого формирования.
Раны души глубже ран тела. Придёт время, и закончится эта бессмысленная война. Как будут предатели смотреть в глаза преданным, как будут жить, имея на совести столько смерти и боли? Какими будем все мы в конце этой войны?..
Источник: Факлия, № —, 3 июля 1992, стр. 1, колонки —.
