...Смутные времена переживаем. Со всех сторон хищные звери жадными глазами глядят на бедную землю Молдавскую. Я с боярами и резешами моими сделал всё, что было в моих силах, и оборонял её — где словом, где мечом — от врагов. А враги её — прежде всего соседи её. Которые хотят умножить свои земли за счёт Молдовы. Которые не прочь были бы раздаться вширь за наш счёт. И ляхи жаждут иметь вас данниками. Сделать вас как можно скорее католиками. Как и угры, что всё грезят устьем Дуная. И что мнят себя графами в чужой земле, а бедные молдаване были бы им слугами и должниками. И татары не прочь превратить её в пастбище для своих резвых коней. И казаки, что доходят сюда из запорожской степи с мыслью биться с басурманом за веру, а возвращаются назад со стадами и табунами молдаван. И русский, что начал раздаваться во все стороны, из малой страны став страной великих просторов за счёт соседей. И турок, что охватил столько земель. Все хотели бы видеть нас вассалами и данниками. И если ты, сын мой, и вы, бояре, увидите, что не можете удержать страну, как держал её я почти полвека, и увидите, что деваться некуда, — поклонитесь, да не кому попало кланяйтесь. Если хотите, чтобы ваши сыновья и внуки ещё говорили на нашем языке, не отдавайтесь соседям — ни ляхам, ни уграм, ни москалям, ибо эти, если придут, из страны уже не уйдут и под разными предлогами обратят вас в иную веру и заставят говорить на их языке, и ярмо ваше будет двойным. Легко вам докажут и найдут доводы, что вы угры или славяне, что их наречия гибче и род их знатнее. И не будете вы хозяевами в своём доме. И будете чувствовать себя чужими в земле дедов и прадедов ваших. И чужаки назовут вас «пришлыми» и не дадут вам поднять чела из праха. Из всех сильнейший сегодня — турок. Хотел бы я знать вас свободными. Но если увидите, что не можете сохранить свободу, — и уста мои говорят сейчас то, чего не хотели бы произнести никогда, — поклонитесь тому, с кем я воевал всегда: турку, ибо он не покупает поместий в чужой земле, ни мечетей не строит, и никакому языку, кроме турецкого, не имеет права учить. А раз Турция слишком далеко, она никогда не захочет переселиться в Молдову, как иные северные народы, ищущие краёв потеплее и земель поплодороднее. Будете платить унизительную дань, пока не найдёте в себе сил стряхнуть ненавистное ярмо. И я спал бы в вечном своём покое умиротворённым, если бы знал, что вы не послушали моего совета и с мечом в руке отстояли свою свободу. Как делали это ваши отцы. Я устал. И ухожу почивать. Не хотел бы я спать тяжким сном, полным кошмаров. Хотел бы я спать вечным сном умиротворённым. Это последняя просьба того, кто был вам больше чем Господарь, — был вам отцом...
Источник: Вочя Попорулуй, № 26 (117), 7 июля 1992, стр. 1, колонки —.
