Глубокий кризис, в котором мы оказались, проистекает из того, как сложилась нынешняя государственная власть в Республике Молдова. В эйфории сиюминутных успехов, достигнутых национально-освободительным движением до 31 августа 1989 года, и в период формирования органов руководства республики после парламентских выборов 1990 года проявилось чрезмерное доверие к некоторым лицам, примкнувшим к нашему движению тогда, когда кампания за придание румынскому языку официального статуса и возврат его к латинскому алфавиту пользовалась всеобщей поддержкой. Так во главе республики был выдвинут член Бюро ЦК КПМ Мирча Снегур, последовательный сторонник горбачёвской политики реформирования советской империи. Приписав себе заслуги в завоеваниях движения и усвоив ура-патриотическую фразеологию, он преследовал единственную цель — укрепление личной власти.
Воспользовавшись кризисом, наступившим после провозглашения гагаузской и приднестровской псевдореспублик 2 сентября 1990 года, М. Снегур, тогда председатель Парламента, потребовал учредить пост президента республики, мотивируя это тем, что это позволило бы ему реагировать оперативно и принимать быстрые решения для пресечения незаконных действий сепаратистов. Парламент удовлетворил его требование, учредив президентскую форму правления, однако президент Снегур вместо того, чтобы опереться на демократические силы, десятками тысяч поднявшиеся на защиту территориальной целостности, предпочёл вызвать внутренние войска СССР во главе с генералом Шаталиным, которые побратались с сепаратистами, сделав тем самым невозможным восстановление порядка и законности в районах на юге и востоке республики. Последовали роспуск движения добровольцев, батальона «Тирас-Тигина», было отменено постановление о создании Национальной гвардии, до последнего момента затягивалось формирование карабинерских войск. Так сложилась абсурдная ситуация, когда для решения внутренних проблем собственными силами прибегли к помощи тех, кто запустил процесс территориального распада. Тактика бесконечных уступок давлению Москвы и сепаратистов, провальная политика примирения с государственными преступниками ещё больше обострили внутренний кризис.
Стремясь к абсолютному сосредоточению государственной власти в своих руках, президент Снегур потребовал новых полномочий, которыми был наделён постановлением Парламента от 5 марта 1991 года. В результате этого постановления Правительство было полностью подчинено президенту республики. В этих условиях выдвигался довод, что невозможность обеспечить территориальную целостность обусловлена давлением Центра, который тем временем всё явственнее скатывался к диктатуре, кульминацией которой стал августовский путч. С провозглашением независимости 27 августа мы надеялись, что окончательно выйдем из сферы влияния империи и приступим к осуществлению целей, предусмотренных в документах, принятых в тот день сотнями тысяч участников Великого национального собрания и утверждённых Парламентом. Однако последующие действия президента Снегура развеяли эту надежду.
В условиях, когда старые структуры империи рушились, когда сепаратисты и другие сторонники путча были в смятении, а общественность требовала привлечь их к ответственности, президент Снегур поспешил присвоить себе заслуги в провале московского путча, забыв ликвидировать его последствия для Республики Молдова. Арест, а затем освобождение лидеров сепаратистов вызвали возмущение и разочарование граждан, надеявшихся, что наконец восторжествует правосудие, однако их ожидания были развеяны предвыборной волной, поднятой навязыванием закона о президентских выборах.
Выдвигались те же спекулятивные мотивы: только президент, избранный всем народом, сможет гарантировать стабильность и территориальную целостность, соблюдение прав человека, осуществление экономической реформы и повышение уровня жизни населения.
Проигнорировав затем волю Великого национального собрания, подтверждённую высшим законодательным органом, и не посоветовавшись с Парламентом и не проинформировав общественность, президент Снегур участвовал в создании СНГ. Стремясь обосновать этот шаг, он ссылался на декларацию о суверенитете, забывая, что декларация о независимости не предусматривает вступления в подобные содружества. Не подтвердились и заверения президента в том, что со вступлением в СНГ Республика Молдова получит преимущества единого экономического пространства, сохранив при этом территориальную целостность. Доказательства налицо. Так называемая либерализация цен, навязанная обанкротившейся экономической системой бывшего СССР, и неспособность исполнительной власти разработать программу оздоровления национальной экономики вызвали настоящую экономическую катастрофу, обрекая население республики на нищету и отчаяние.
Провальная политика односторонних компромиссов и примирения с государственными преступниками, непоследовательность в решениях и действиях президента поощрили сепаратистские силы, дав им передышку, чтобы укрепиться и вооружить тысячи преступных элементов. Террор, убийства и погромы, которым предаются банды гвардейцев и казаков в населённых пунктах на востоке республики, уже породили волну беженцев, к которым даже не относятся как к таковым, хотя это явление можно было предвидеть. Так эскалация конфликта бандами сепаратистов и интервентов застала нас совершенно неподготовленными. Полицейские силы, направленные в зону конфликта, недостаточно оснащены техникой, вооружением и боеприпасами и поставлены в положение, когда им приходится противостоять военным формированиям, оснащённым самой современной боевой техникой.
Попытки г-на Снегура при разных случаях обвинять ХДНФ в обострении обстановки выдают давнюю склонность исполнительной власти любой ценой скомпрометировать национально-освободительное движение и свалить на оппозицию собственную неспособность справиться с критическим положением.
Что касается заявления президента Снегура о готовности уйти в отставку, сделанного 17 марта перед Парламентом, ХДНФ квалифицирует его как безответственность и попытку дезертировать от обязанностей, лежащих на президенте.
Совет ХДНФ считает недопустимым поведение президента Снегура и премьер-министра Муравского, которые, с одной стороны, предъявляют сепаратистам ультиматум, а с другой — пугают Парламент отставкой ещё до истечения его срока. С другой стороны, ультиматум, объявленный без всякого подкрепления, по сути можно квалифицировать как провокацию, ещё больше обострившую положение как во внутреннем, так и во внешнем плане.
ХДНФ считает, что президенту Снегуру пора в сложившейся критической ситуации выполнить свои предвыборные обещания и отказаться от практики перекладывания собственной ответственности на Парламент.
В этих условиях мы требуем от президента Снегура оправдать мандат доверия, который ему дал народ, и полномочия, предоставленные ему Парламентом.
Вместе с тем мы призываем все демократические силы страны проявить сплочённость и национальную солидарность, чтобы пресечь агрессию и восстановить мир и демократию.
Кишинёв, 18 марта 1992 года
Источник: Цара, № —, 24 марта 1992, стр. 2, колонки —.
