Корр.: Начнём, пожалуй, с уточнения, откуда пошли разногласия с Народным фронтом, сторонником которого вы были.
К. Оборок: Я считаю, что наш раскол — раскол тех, кто выбрал идеалы, кратко сформулированные ещё в начале Демократического движения в поддержку перестройки, — начал обозначаться ещё в конце 1990 года, а именно 16 декабря 1990 года, когда с площади Великого национального собрания Президенту Снегуру, находившемуся тогда в Москве, было заявлено, что народ в его отсутствие решил вопрос о независимости. Стоило бы спросить себя: почему это произошло? И как случилось, что попытались выбросить за борт человека, который был рядом с нами в решающие для нашего народа минуты?
Корр.: Вы считаете, что провозглашение тогда, в декабре 1990 года, независимости было преднамеренным актом?
К. Оборок: Напротив, я думаю, что акт был своевременным. Одного не понимаю: почему Председатель Верховного Совета (тогда) Республики, который ни в чём не был виноват, а наоборот, вёл себя, по-моему, достойно и по-мужски с имперским «Центром», был объявлен лидерами Народного фронта чужим?
Корр.: Допустим, всенародные выборы расставили в этом вопросе все точки над «i».
К. Оборок: Несомненно.
Корр.: И всё-таки, что было тогда, в декабре 1990 года, яблоком раздора?
К. Оборок: По-моему, этот раздор был задуман и осуществлён спецслужбами бывшей советской империи. Убеждён, что с этой целью в структуры Народного фронта были внедрены элементы, которые должны были осуществить раскол. А г-на Мирчу Друка в том декабре 1990 года прочили на смену г-ну Снегуру — акция, задуманная идеологами исполкома Фронта, к условиям которой он быстро приспособился и с той минуты резко изменил своё поведение по отношению к тогдашнему Председателю Верховного Совета Снегуру. Это не значит, однако, что я подозреваю г-на Друка в том, что он агент бывшего КГБ.
Корр.: И не были разоблачены те, кого «ввели» в Народный фронт, словно «коня Траяна»?
К. Оборок: Думаю, ещё не все.
Корр.: В последнее время в прессе вас обвиняют во многих чёрных грехах. Скажем, газеты «Цара», «Сфатул Цэрий» и т. д. Как вы думаете, в чём суть? Не оттуда ли идёт и эта акция?
К. Оборок: Думаю, что да. Если речь идёт об этих газетах, следовало бы уточнить, что спекулируют на том, что я сказал в недавнем радиодиалоге, а также на моей позиции. Я ясно изложил свою позицию в отношении того, что происходит сейчас у нас. И сказал, что авторы этой печальной «баллады» с Приднестровьем хорошо известны. Известно, что российская империя всегда стремилась иметь в своих руках этот клочок земли на левобережье Днестра как плацдарм в Европе. Видели его российским и нынешние проимперские идеологи России.
Другое дело — как осуществлялся этот сценарий. Сейчас у нас есть документы, доказывающие, что стратегия была разработана руководителями бывшей советской империи — Лукьяновым, Крючковым, даже Горбачёвым и другими. Материальное обеспечение реализации этого стратегического плана тоже на совести «Центра». Не говоря уже о марионетках в Тирасполе и на правом берегу Днестра, расставленных в структурах бывшей коммунистической партии и военно-промышленного комплекса. Ждали лишь подходящего момента для реализации сценария. Его авторам нужны были идеологические опоры, с помощью которых можно было бы привлечь на свою сторону население этой зоны. И их нашли — пугало объединения с Румынией. Более того, хотели, чтобы именно это стало поводом для развязывания конфликта. И, к их великой радости, лозунгом немедленного объединения, выдвинутым Советом Унире, мы как будто поставили визу «утверждаю» на этой прокламации сепаратистов, выдвинутой два года назад, с которой они звали людей на референдум и на развязывание кровавых действий. С моей точки зрения, здесь была допущена фатальная тактическая ошибка, которая, я уверен, нисколько не приблизила Унире, а отдалила её.
Корр.: Вы лично в принципе выступаете за объединение или нет?
К. Оборок: Я в принципе выступаю за правильное понимание ситуации, в которой мы находимся. И уверен, что у нынешнего руководства Республики одно предназначение: построить независимое государство. Никогда я не выступал, хотя меня обвиняют именно в этом грехе, за проведение рефе-
(Окончание на стр. 3).
Источник: Молдова Суверанэ, № 78 (17948), 10 июня 1992, стр. 1, колонки —.
