РЕПОРТЁР: Какова ситуация в зоне конфликта, г-н Николай Караман?
Н. КАРАМАН: Ситуация всё ещё напряжённая. Хотя обе стороны отдали приказ о прекращении огня, даже прошлой ночью в Дубоссарах был ранен милиционер. Но мы надеемся, что тишина будет долгой и что это была последняя выпущенная пуля. Не будем забывать, что слёзы матерей одинаковы, на каком бы берегу Днестра мы ни находились.
РЕП.: Что вы думаете о том, что вам предложили — для ликвидации конфликта — сделать Приднестровье свободной экономической зоной?
Н. КАРАМАН: Оно и есть свободная экономическая зона, поскольку у нас высокоразвитая промышленность, богатые земли, передовые технологии и прочее. Мы ещё в 1989 году предлагали правительству бывшей Молдавской ССР принять нашу просьбу о том, чтобы стать свободной экономической зоной, но нам систематически отказывали. И вот вашим вопросом мы подходим к истоку конфликта: после отказа появилось другое притязание, а именно — превратиться в независимую республику. Идея перехода к национальному возрождению благородна, но она попала в не очень чистые руки, которые использовали её как политический рычаг. Итак, нам отказали в праве на независимую республику. Тогда мы захотели автономную республику в составе Молдавской ССР. И приступили к проведению референдумов на этот счёт. Конечно, о них можно было забыть, их можно было отменить, но нельзя было переступить через волю народа.
РЕП.: Господин Караман, вы считаете себя законным вице-президентом?
Н. КАРАМАН: Я был избран депутатом совета голосами обеих наших палат. В палате национальностей все национальности были представлены равным числом. У молдаван, например, было восемь голосов. Я был избран председателем Палаты национальностей и имел право вето. Потом, когда проводились выборы, каждый мог свободно выразить свою волю.
РЕП.: В чём, по-вашему, причина того, что всё же возникают конфликты между русскими и молдаванами?
Н. КАРАМАН: Негативного отношения к румынскому народу нет. Но всё началось с того, что Молдова развернула кампанию румынизации — прежде всего путём перехода на латинскую графику. Потом было много споров, когда голосовали за национальный флаг, триколор. И с гербом мы тоже не были согласны. Нас очень раздражает и то, что мы больше не молдаване, а румыны. У нас действительно — как у языка — одни корни, но различия всё же есть. Даже румынский гимн мы украли. Потом... территориальная реорганизация...
РЕП.: Вернёмся, если не возражаете, к причинам конфликта.
Н. КАРАМАН: Молдавский Народный фронт — довольно большая сила, которой нельзя пренебрегать. Когда он предложил объединение с Румынией — и Приднестровье было бы обязано последовать за ним в этом шаге, которого мы не хотим, — мы решили, что должны создать собственную республику путём референдума. Но только после того, как последний съезд Народного фронта принял решение о Воссоединении с Румынией. Президент Снегур не хотел форсировать естественные процессы, пока вопрос о Воссоединении не обсуждается. Вопрос, однако, в том... до каких пор? Вполне возможно, что скоро Республика Молдова исчезнет с карты мира как государство и останется только Румыния. А где же Молдова? Мы учились на примере двух Германий. Или Югославии...
РЕП.: Как же вы всё-таки видите урегулирование конфликта?
Н. КАРАМАН: Путём создания на территории Республики Молдова федерального или федеративного государства. Даже группа, прибывшая из Хельсинки, подсказала президенту Снегуру, что единственный выход из тупика — принцип кантонов. Так что мы хотели бы федеральных законов. Мы с 1 апреля 1991 года стоим на собственных ногах.
РЕП.: Каковы население и территория Приднестровья?
Н. КАРАМАН: 12 процентов территории и 13 процентов населения Республики Молдова.
РЕП.: Господин Караман, если соблюдать пропорции по национальностям, думаете ли вы, что молдаване Приднестровья действительно хотят отделиться от республики-матери? Ведь, насколько нам известно, в этой зоне они, молдаване, составляют 49 процентов приднестровского населения?
Н. КАРАМАН: Они сами отдали свои голоса. Насильно мил не будешь.
РЕП.: Ваши соседи и сторонники утверждают, что происходящее здесь — межэтнический конфликт. Подтвердите или опровергните, пожалуйста, эту информацию.
Н. КАРАМАН: Это не межэтнический конфликт. Кому-то это было бы выгодно. Здесь политический конфликт, порождённый противоречиями между центром и местной администрацией. Более того, раздражает идея ликвидации молдаван как нации. Смотрите, хотя в Республике Молдова меня считают предателем и манкуртом, я всё же чувствую себя молдаванином.
РЕП.: Вы кажетесь уверенным и открытым. Вас ничто не тревожит?
Н. КАРАМАН: У нас есть данные, что готовится похищение наших политических лидеров. Это меня тревожит. К тому же, раз я избран, я несу моральную и юридическую ответственность за то, что происходит в Приднестровье.
РЕП.: Думаете ли вы, что вас и Приднестровье когда-нибудь признают на международном уровне?
Н. КАРАМАН: Главное, что нас признал народ. Остальное уже не имеет значения. Мы не хотим быть признанными, как Югославия... скажем.
РЕП.: Считаете ли вы вмешательство казаков вмешательством во внутренние дела?
Н. КАРАМАН: Нет, потому что у них, у казаков, есть железный закон, который требует, где бы они ни были, помогать друг другу в беде. У них тоже началось национальное возрождение. Они пришли сюда стихийно, не получали никакого приказа. Сейчас они в дисциплинарном отношении подчиняются национальной гвардии. Мы ни у кого помощи не просили.
РЕП.: В каком положении находятся взятые вами пленные и можно ли их посетить? Я имею в виду, конечно, полицейских, с которыми, по слухам, вы обращаетесь совершенно бесчеловечно.
Н. КАРАМАН: Четверо из задержанных — признанные хронически больными — освобождены приказом президента приднестровской республики. У остальных более чем нормальные условия, и им не на что жаловаться. Если бы час не был такой поздний, вы могли бы их навестить.
РЕП.: Есть ли у вас демократия, господин Караман?
Н. КАРАМАН: Я говорю, что есть. У нас уже девять политических партий со своими представителями (даже у Народного фронта есть свои представители), у нас очень важные законы, мы пере[шли к] рыночной экономике, к сотрудничеству с [иностран]ными фирмами, например с фирмой «А[…]-Форестс», и другими.
РЕП.: Чего вы сейчас [больше] всего хотите в связи с положением в стран[е …] — последний вопрос.
Н. КАРАМАН: Чтобы средства массовой ин[формации] были как можно объективнее и чтобы в Рес[публике] Молдова на нас перестали показывать паль[цем] как на последний бастион комму[низма …] у нас КП больше не существует.
РЕП.: Благодарим вас.
P.S. Мы записали […] беседу с «вице-президентом» Караманом. Наше мнение вы […] прочтёте в одном из следующих номеров «Г.Н.».
Источник: Гласул, № —, 27 марта 1992, стр. 6, колонки —.
