PPresa 90-92Газетный архивНазад к 20 сентября 1990
Поиск по архиву⌘K
Гласул№ 12 (16) · Стр. 4 · Колонки —

Сообщить о проблеме

О статье «Прогнившая империя и несуществующая страна»

Что вы хотите сделать?

Прогнившая империя и несуществующая страна

Преображение Республики Молдова

От Андрей ВартикРубрика Обозреватель

Машинный перевод с румынского · Показать оригинал

Текст статьи

Нижеподписавшийся Андрей, сын Василе Вартика из Дэнчень, Яловены, — гражданин Молдовы. Я молдаванин. Мне не стыдно моего молдавского говора. Но я отказываюсь терять Эминеску и Кошбука, Благу и Чорана, Нойку и Йоргу, Мирчу Элиаде и Никиту Стэнеску... «Pîine» (хлеб) — это «pîine» и в Дубоссарах, и в Констанце, и в Сучаве, и в Алба-Юлии, и в Тимишоаре, и в Бухаресте. А все те, кто называет хлеб — pîine, молоко — lapte и Солнце — Soare, независимо от своего говора — молдавского, олтенского, буковинского, мунтянского, трансильванского, — все, все говорят по-румынски. Абсурдно требовать от француза или американца, чтобы он искал вам переводчика с молдавского на французский или английский. Абсурдно составлять русско-молдавский словарь, абсурдно изучать молдавский в школе. И при всём этом очень хорошо не забывать, что ты молдаванин.

Для того, кто знает историю румынского народа, не большой секрет, что первая румынская страна, засвидетельствованная в истории, находилась выше Ясс, включая форпосты и между Днестром и Прутом. Коммунистическая доктрина, которую в последнее время защищают и несколько экс-фронтистов, кандидатов историко-большевистских и даже литературно-большевистских наук, хотела ликвидировать не только этот исторический акт, но и сам факт того, что мы по языку, на котором говорим, по песням, которые поём, по традициям, с которыми встречаем новорождённого и провожаем в последний путь того, кто окончил свой век, происходим от римлян и даков, мы — дако-римляне, то есть румыны. Кому-то хотелось бы, чтобы мы назывались русо-дако-римлянами, то есть славяно-латинянами. Но пусть господин не забывает, что от 106 года, когда был Траян, воспетый и в плугушоре, и до 1359 года прошло немножко времени. Тысячелетие и двести пятьдесят лет варились в одном котле дако-римляне, чтобы в луче истории взошёл этот новый язык — румынский. Сколько же нам придётся быть славяно-латинянами, чтобы однажды мы смогли назвать себя «латыни»?

Потихоньку, депортациями и голодом, расстрелом всего, что хныкало по-румынски, большевистско-коммунистический террористический механизм чуть было не вывел нас из истории... Мы чуть было не исчезли как молдаване, крыло румынского народа между Днестром и Прутом (и за Днестром), чуть было не превратились в смиренных слуг старшего брата, слуг, говорящих на птичьем языке и напевающих вместо наших песен какие-то бессмысленные тра-ля-ля... Такими хотела нас видеть великая доктрина пролетарского интернационализма: народом без истории, без языка, без будущего... Такими, видно, хочет нас видеть и сегодня идеология КПМ, крестовые братья Смирнова и Пологова, Таусманджи и К°, новая, лицемерная идеология, которая ради сохранения господства над массами готова на всё, но прежде всего готова расколоть молдаван, поссорить Костина с Хадыркэ, Мошану — ещё неизвестно с кем, Друка — со всеми аграриями, всех аграриев — с теми, кто первым вышел на улицу, то есть с Народным фронтом, и, как следствие, создать кризисное положение. Ещё не наступил момент кризиса, заявил кто-то на днях перед аграриями. Какой такой момент кризиса, господин-товарищ? Кровь молдавского народа? И кто высиживает этот момент? Уж не те ли, кто, будучи избранниками народа, ходят в парламент лишь с раздором, кто не предложил ещё ни одного законопроекта? Многие, о-очень многие мастера орать, а вот альтернативный проект перехода к рыночной экономике без шока предложил только НФМ, господа... Пусть эта концепция из 10 пунктов наивна в некоторых местах, пусть туманно превращение Молдовы в электронный анклав СССР и в свободную экономическую зону, но это лучше и оптимистичнее, чем преступное ожидание кризиса (или его высиживание).

Нас же интересует то, что пять лет назад латинская графика, румынский язык, суверенитет, рыночная экономика, объявление 28 июня днём нашего захвата СССР и т. д. были ещё лишь мечтой, а сегодня это реальность, и эту реальность мы завоевали революционно, то есть вертикальным, качественным скачком. Да, молдавский взрыв был необычайно эмоциональным, даже бурным (но без насилия, без забастовок и т. д.). Нам удалось всего за два года перескочить несколько ступеней судьбы. И мы не расчленились, не разорвались на куски. Напротив, сегодня мы сильнее, чем когда-либо, несмотря на всё сопротивление неоцарановистов, неоцурканистов (см. «Феномен Питешть» В. Еринкэ), неопонегристов, которые забрели и в лагерь НФМ, чтобы вернее служить большевистской партии. Они, и только они, задерживают сегодня наше вхождение в Европу. Они, и только они, откладывают преображение Республики Молдова. Они, и только они, способны заявить, что одна резолюция НФМ принесла народу больше вреда, чем все катастрофы, обрушившиеся на голову молдаван при хорошо продуманной помощи ЦК в Кишинёве и Москве...

И именно в этой точке нашего вхождения в историю совершенно необходимо не останавливаться, как можно скорее принять объективные законы экономического развития мира, укрепить завоёванное политически, но не в подлом процессе ожидания и балканской конфронтации, который тащит нас в болото отсталости, а развёртывая нашу революцию вглубь, ускоряя революцию, направляя созидательную энергию народа в будущее.

Чем характеризовался первый этап нашей революции?

Возвращением к истокам. Мы направили корабль в воды латинства и ещё свободны решать. Неужели мы и впрямь сядем на мель, чтобы потом явился «старший брат» с трактором или с танком и вытащил нас, чтобы навеки посадить в клетку?

Да, очищение молдаван от тоталитарно-большевистской скверны займёт у нас много времени. Не так-то просто отречься от привычек, вбитых нам в кровь (например: есть на дармовщину, превращать коллективное добро в личное). С каким трудом учатся люди креститься, а каково остановиться на пути, по которому ты, из страха или ради карьеры, шёл добровольно?

Да, ужасно трудно переводить стрелки истории. Но другого шанса у нас нет.

Что делать завтра, а то и сегодня?

Прежде всего убедить народ в том, что, неся коммунистическую доктрину в душе, позволяя тянуть себя на коммунистической верёвочке, особенно в экономике, мы обречены прийти именно туда, куда нас посылала Москва, — в состояние рабов, манкуртов, люмпенов, людей второго сорта, и не в СССР, а в Европе, которая, вооружённая новыми технологиями, будет нуждаться в нас лишь для того, чтобы мыть ей клозеты... Хватит, хватит такой нищеты в политической, социальной, духовной, экономической областях. Повернёмся, люди добрые, лицом к Европе, повернёмся, пока не поздно, пока улыбка наших детей благодаря нашей Революции национального возрождения — улыбка свободных людей, а не слуг.

Пусть ужаснёт вас эта перспектива — народ слуг.

От состояния раба — к состоянию творца своей судьбы.

От состояния червя — к состоянию гражданина человеческой Вселенной.

Итак, отделаемся, как от чесотки, от этого пропащего полувека, который — наш позор.

Понимаю, прошлое не стирается, как надпись со школьной доски, но деваться некуда. Либо мы ликвидируем позор того, что 50 лет просидели с согнутым хребтом, либо.. Дурацкую молдавскую (румынскую) философию — повинную голову меч не сечёт — объявим нашим национальным позором. И не будем забывать мучеников народа, расстрелянных НКВД в 40-м, 44-м, 45-м, 49-м, 53-м... Тех, кем кормились акулы в Магадане, тех, кто умер от голода в 46—47-м, тех, кто родился хилым или умер преждевременно из-за отравления химикатами...

Да, нам очень нужен ещё один качественный скачок. Скачок, который мы можем совершить только в лихорадке революции. Синтез тезиса-антитезиса, через который мы проходим, был бы таков: от возвращения к истокам — к созданию будущего.

Творчество в сельском хозяйстве. Творчество в образовании, особенно в образовании, господин Маткаш. Творчество в медицине. Творчество в торговле, особенно в бизнесе. Творчество во всём, что есть человеческая деятельность здесь, в Республике Молдова. Акционерные общества, частные, кооперативные фирмы.

Всё, что принесёт славу Молдове, стоит поставить на колёса, ведь началась третья мировая война, экономическая, по словам Мирчи Друка, и у кого в ней есть шансы на победу?

Лихорадка революции редко выпадает на долю народа как шанс. Не будем её останавливать. Не будем её унимать.

Зарядим шприцы, впрыснем массированно в столь стеснённые крепости нашей духовности как можно больше цивилизации, как можно больше культуры, как можно больше идей, как можно больше технологий.

Обучение будем вести на марше. Используем Парламент, используем Радио, но прежде всего Телевидение, чтобы революционно цивилизовать наш народ. Хватит большевистской похлёбки. Других шансов в истории у нас не будет. Наше вхождение в мир отложится. На сколько тысячелетий?

Меня ужасает мысль, что кто-то через тысячу лет повторит то, что сказал Эмиль Чоран ещё в 1936 году: «Господи, что же мы делали тысячу лет?».

Сейчас или никогда.

Понимаю, у нас много проблем, через которые не так-то легко переступить, например так называемая и столь лицемерно поминаемая «румынская» порка. Да, давали иногда оплеуху тому, кто не учился в школе. Но сколько знаний мы накопили тогда, люди добрые, накопили именно в той школе, где якобы били? Или, может, не наша это поговорка: «четыре класса у румын стоят больше, чем десять у русских?». Сколько бессарабцев окончили тогда Сорбонну и другие крупные университеты Европы? Мой дядя, Григоре Константинов, — один из них.. Скольких молдаван послал в Сорбонну коммунистический режим за 50 лет? Скольких из тех, кто не входил в коммунистическую номенклатуру?

Да, крепко били того, кто […] шатался ночами по гулянкам, но было ли тогда столько краж? Залезали ли в дома людей с целью украсть, как это происходит сегодня, даже средь бела дня? Убивали ли стариков за тысячу рублей, отложенных в чулке? У нас самый высокий криминогенный индекс в СССР. Приведу вам только две цифры, чтобы вы задумались, кто палач нашего народа — румын, который бил вора, лентяя, или, может быть, большевик, который убивал нас голодом, депортацией, НКВД, отравляя химией всё лучшее, что у нас было?

В 1985 году в МССР было зарегистрировано 22 544 преступления и возбуждено 15 409 дел, то есть дела составляли 68% от числа преступлений.

В 1989 году было зарегистрировано — вдумайтесь в эту цифру — 40 862 преступления, а дел возбуждено лишь... 9 360. Посчитать ещё проценты? Спросить вас, к чему привела великая большевистская доктрина? Спросить ещё […] карабинеров?

40 862 преступления в год […] при населении 4,3 миллиона человек (перепись января 1989 года). Не многовато ли?

Почему мы забываем большевистский геноцид и помним румынскую оплеуху? Не заинтересован ли в этом кто-то, господа? Кто-то не хочет говорить нам, что за 22 года так называемой румынской оккупации никто в Бессарабии не умер от голода. А сколько умерло в 46—47-м, когда у нас забрали всё из амбаров? Более 200 тысяч человек, всё наши братья и сёстры, всё матери и отцы, наш род, а не их род... Бедная молдавская память!

Но перейдём от этих сугубо местных состояний к европейским реалиям.

Что нам делать?

Продолжить дело Штефана чел Маре. То, что он сделал в политическом, социальном и экономическом плане, нужно срочно возродить. У Штефана было не только бесстрашное войско. Его страна ещё и продавала мёд, коней, орехи, вино, мясо, пшеницу. Молдавский товар ценился в мире за эти продукты высокого качества... Так будем же и мы производить, чтобы наши товары конкурировали с европейскими, и тогда мы никого не будем бояться... В третьей мировой войне победит не тот, у кого топор, а тот, у кого качество...

И ещё нам предстоит воздвигнуть крепости […] в Сороках, Сахарне, Резине, Тигине, Оланештах... Новые крепости, центры науки, творчества, нашей национальной экономики. Мир называет их технополисами. Мы воздвигнем технополисы... Построим дороги, дома, водопроводы, ярмарки... Нам не страшна безработица — у нас слишком много дел, чтобы нас пугала её перспектива.

Итак, важно не останавливаться. Всё, что мы делаем, говорит о звёздном часе румынского народа Молдовы. Во всём, что мы делаем, чувствуется отеческая ласка Господа. Чего нам бояться? Разве мы не у себя дома? Разве мы не живём здесь более 2000 лет? Разве наши дома не полны детишек?

Да, нам не удастся укротить […] завтрашнего дня с той малой грамотой, что дали нам русские-большевики. Значит, возьмёмся за книгу. Доверимся Господу. Восстановим рощи, восстановим пойму, вернём в страну всех букашек, всех зверей, всех птиц былых времён.

Главное — не останавливаться. Пусть лают на нас щенки застоя. Нам некогда им отвечать. У Румынии есть Карпаты. У Республики Молдова за спиной — революция национального освобождения и Великое национальное собрание.

Те, кто хочет быть с нами, пусть возьмутся за книгу, научатся управлять компьютером, делать бизнес, говорить на иностранных языках.

Мы европейцы. Победа за нами.

Некоторые народы отправились в путь с благословения патриархов и митрополитов. У нас их не было. Мы отправились в завтрашний день прямо с благословения Бога.

P.S.

— И поскольку русский Смирнов сумел всего за 2 года сделаться «президентом» республики за Днестром, хочу напомнить тамошним молдаванам, что они в большинстве, и если они хотят президента для всего молдавского по ту сторону Днестра, почему бы им не избрать молдаванина? А вот и статистические доказательства (перепись на 1 января 1989 года):

Район — молдаване / украинцы / русские: Григориополь — 62,7 / 18,1 / 15,8; Дубоссары — 88,9 / 6,2 / 3,8; Каменка — 62,3 / 27,3 / 8,7; Рыбница — 47,4 / 42,7 / 8,2; Слободзея — 42,5 / 21,4 / 26,0.

Приведённые выше цифры — проценты, и проценты, будь они неладны, говорят лишь об одном: маленький класс бывших баронов, князей, маркизов и царей Молдовы, которые не случайно русские, боится остаться без слуг... Молдаване из-за Днестра! Будьте бдительны! Они нагло лгут вам, потому что разъезжают на «тойотах», «мерседесах», «фордах», в то время как вы тянете мотыгу, водите комбайн и трактор, потеете у станка...

В этом вопросе есть и маленькое недоумение, обращённое к украинцам региона. Господа, и на Украине живут сотни тысяч молдаван, румын. Но я не слышал, чтобы молдаванин был вице-председателем Верховного Совета Украины. А украинец — вице в Кишинёве.. Кто над кем издевается?

А. В., 10 сентября 1990 года

Источник: Гласул, № 12 (16), 20 сентября 1990, стр. 4, колонки —.

Отправить правку

0 правок к «Прогнившая империя и несуществующая страна». Редактор проверит их до того, как они появятся на сайте.

Напишем, когда правку проверят.

Эта статья · с.4 · 1/2