PPresa 90-92Газетный архивНазад к 11 июля 1992
Поиск по архиву⌘K
Молдова Суверанэ№ 96 (17966) · Стр. 3 · Колонки —

Сообщить о проблеме

О статье ««Что они делают, мама?»»

Что вы хотите сделать?

«Что они делают, мама?»

От Татьяна СоколовРубрика Боль народа

Машинный перевод с румынского · Показать оригинал

Текст статьи

Ребёнок не лжёт. Он говорит правду:

— ...Одна «Алазань» разбила орех возле сельсовета. Другая упала за домом деды, — маленькой ручкой мальчуган обрисовывает треугольник. — Тут поросятки, тут куры, а тут Бета, собачка. «Алазань» упала посередине. Так грохнуло, что окна разлетелись вдребезги.

— А вы что делали? — спрашиваю я его.

— Мы притаились и ждали, что будет дальше.

— Вы не испугались?

— Бета испугалась. И щеночки. И петух. Мы и раньше видели ракеты. Однажды деда полол в огороде, а мы играли. Когда грохнула «Алазань», деда выронил тяпку из рук и упал прямо на землю. Даже не нагнулся. Мы долго над ним смеялись: он ведь уже старик, а сразу упал в пыль.

Холодная дрожь сжимает мне спину. Что происходит? Какие-то пришельцы засыпают смертью наших детей. Разрушают сёла, церкви, кладбища...

Мальчуганы, с которыми я беседовала, — братья. Старшему, Никушору, 6 лет. Женелу — 5 лет. Они беженцы из села Голеркань Дубоссарского района.

— На той стороне — Кочиеры...

— Знаем. У нас был бинокль, и мы смотрели. Видели, как утята плыли сюда... Боялись.

— Как вы приехали в Кишинёв?

— На автобусе. Он был битком набит. Женщины плакали, крестились, потому что летало много «Алазаней». И мама плакала...

Как не плакать матери, когда столько горя на земле Молдовы? А таких, как она, сегодня в Бессарабии тысячи, поэтому я и не стану называть мать детей. Она рассказала следующее:

— Голеркань начали бомбить давно, но мы думали, что «Алазани» падают на село случайно. А теперь видно, что стволы направлены на нас. Людям негде спрятаться, бегут кто куда. Уже несколько дней они применяют новый вид оружия. «Алазань» слышно, а это слышишь только тогда, когда оно взрывается над головой и осколки уничтожают всё. Если так пойдёт дальше, от нашего села ничего не останется... Бедные люди, которые никуда не уехали. Остались, потому что некуда деть скотину. Когда приходит время дойки, коровы ревут так, что сердце разрывается... Не поедешь же в Кишинёв с коровой на привязи, а соседние сёла тоже бомбят. Никогда не думала, что эта наша земля будет так страдать... Только достроили дом, подросли виноградник, деревца. Черешни уродили так, что ветки ломаются... Никогда не думала, что буду бежать, а «Алазань» за мной. Мальчики бежали и кричали: «Что они делают, мама?» Что они делают? Сеют смерть и беду. Из долины от нас везут гробы... Машины скорой помощи идут одна за другой, полные раненых. В примэрию привезли троих детей, оставшихся сиротами. Родителей убили. Мы думали, что изойдём слезами. Как остались эти малыши одни! Растишь их с крохи — и остаться без них... Муж мой там, в селе, со всеми мужчинами. Хотели жить лучше, не ценили и того, что имели. А теперь мне хватило бы и кусочка хлеба, лишь бы видеть семью вместе и чтобы всем было спокойно...

Она не знает, когда вернётся домой, как не знаю ни я, ни кто другой, когда же наконец наступит мир.

Источник: Молдова Суверанэ, № 96 (17966), 11 июля 1992, стр. 3, колонки —.

Отправить правку

0 правок к ««Что они делают, мама?»». Редактор проверит их до того, как они появятся на сайте.

Напишем, когда правку проверят.

Эта статья · с.3