Дубоссарский район стал в последнее время сценой трагических событий, в которых достигает кульминации противостояние законной власти Республики Молдова и наёмников, оплачиваемых заправилами, тоже приехавшими с другого конца света. Случаен ли этот факт? Не раз говорилось об особом геостратегическом положении этой территории, находящейся между двумя очагами сепаратизма — Тирасполем и Рыбницей. Населённый примерно 38 тысячами молдаван, которые составляют более 80 процентов всех жителей, этот район — клапан, расположенный очень неудобно между этими двумя городами. Поэтому он и стал для сепаратистов костью в горле.
Вероятно, это хорошо понимали и бывшие сановники республики. Во всяком случае, меры, принимавшиеся в своё время, говорят о явных намерениях «разбавить» население, «гомогенизировать» его по национальному составу, присущему другим зонам Приднестровья
К счастью, эти попытки удались не полностью. Но то, что они в действительности были, подтверждает нам сама коммунистическая пресса того периода. Доводом в этом смысле может служить статья В. Голенковского «А считали село бесперспективным» («Советская Молдавия» от 25.05.1986), в которой анализируется социальное развитие села Колкова в 1980—1985 годах.
Восхваляя «заботу руководителей и общественных организаций о людях», автор приводит факты, достойные нашего внимания. Тем более что мы можем позволить себе и некоторые выводы. Скажем, если в 1979—1989 годах население Дубоссарского района выросло на 1026 человек, то есть на 2,5 процента, то каждый седьмой из них живёт в Колкове, селе, где всего 664 жителя. Стоит отметить, что такое развитие это село переживало в период, когда половина населённых пунктов района страдала от сокращения населения.
Что заставило приезжих поселиться именно в этом селе? Как следует из упомянутой статьи, тогда в Колкове развернулось жилищное строительство. Только за один год (1984) на эти цели было израсходовано 1240 тысяч рублей. Вот какие объекты были сданы в эксплуатацию: зернохранилище, кормоцех, гараж (признанный лучшим в районе), ремонтная мастерская с центральным отоплением, котельная, 13 жилых домов. На следующий период предусматривалось строительство 10-квартирного дома, столовой на 50 мест. Были заказаны проекты ещё трёх пятиэтажных жилых домов.
Всё было бы хорошо, если бы не бросались в глаза расходы, несоизмеримые с возможностями недавно образованного хозяйства, которое только-только заложило сад. Совхоз «Колкова», находившийся на стадии становления, освоил всего за год по 4 с лишним тысячи рублей на каждого своего работника. Результат, которому позавидовали бы и куда более мощные хозяйства.
Уверен, что значительную часть этих сумм выделили вышестоящие инстанции. И, разумеется, с легко угадываемой целью. Чтобы лучше понять положение, воспроизведём отрывок из статьи В. Голенковского: «В 1980 году, самом сложном для хозяйства, в его коллективе было всего 60 работников, в основном женщины. Сейчас здесь трудятся свыше 300 человек: 140 из них приехали из Дубоссар, Тирасполя, Кишинёва, других населённых пунктов республики, из Саратовской, Свердловской и Пензенской областей...»
Вот где собака зарыта. Программа жилищного строительства исходила из идеи обеспечить квартирами приезжих из русифицированных населённых пунктов Молдовы или даже из глубин России. Вероятно, подобные планы разрабатывались и для других населённых пунктов этого района, ещё не заражённых в те времена «интернационализмом» в той мере, на которую рассчитывали апологеты этой теории.
Описанный случай — конечно, лишь один из образцов хорошо известной политики денационализации нашего народа, которая уже проводилась в сельской местности. Вместе с тем он — одно из объяснений положения, в котором мы оказались сегодня.
P.S. Прошу редакцию перечислить причитающийся мне гонорар на счёт 707703 помощи беженцам из Приднестровья.
Источник: Вяца Сатулуй, № 14 (4731), 1 апреля 1992, стр. 3, колонки —.
