Поняв, что попали пальцем в небо, вла[с]ти Тирасполя были [в]ынуждены отступить [в св]язи с переходом на летнее [в]ремя. Стрелки часо[в] 29 марта в [П]риднестровье перевели в последний момент [на] час вперёд, а никак не [на] два, как было объявлено [пе]рвоначально и о чём трубили почти [це]лую неделю.
Поскольку трудящиеся города выразили недоумение и возмущение первоначальным решением Смирнова, его окружение решило свалить вину на работника аппарата, который якобы напечатал не ту цифру.
Объяснение, однако, проще. Стремление тираспольских сановников заниматься политикой даже на почве летнего времени — идти в ногу не с Республикой Молдова, а с Москвой — не выдерживает никакой критики и совершенно абсурдно. Поэтому оно и вызвало волну возмущения, обращённую ко всем тираспольским инстанциям.
Источник: Сфатул Цэрий, № —, 31 марта 1992, стр. 1, колонки —.
