Улицы города пустынны, у магазинов разбиты витрины, дома разрушены, промышленные предприятия, другие хозяйственные единицы в значительной части уничтожены. Люди печальны, в их взглядах читается страх, когда пытаешься с ними заговорить. Несколько беженцев, которых я встретил, говорят мне: «Какая напасть — вернуться домой, но больше не чувствовать себя как дома... Ничего уже не так, как прежде. Не покидает почти звериный, жуткий страх, что снова услышишь выстрелы...»
Узнаю странные вещи. Молдаван увольняют с работы военные власти, подчиняющиеся смирновским приказам. Высококвалифицированный рабочий, слесарь по профессии, был уволен с военного завода лишь за то, что он молдаванин. И это не единственный случай. Врач-психиатр тигинской тюрьмы тоже был уволен на том основании, что не дал согласия работать под «приднестровской юрисдикцией». Уволили и его жену, детского врача.
Гонения смирновских властей на молдавское население начались снова. Возникает естественный вопрос: за что же тогда погибло столько молдаван?
Если на следующий день после прекращения огня на многих общественных зданиях можно было видеть триколор, то сегодня вместо него развевается двухцветный флаг «приднестровской республики».
Одна беженка признаётся мне: «Я не пессимистка, но теперь не могу быть и оптимисткой. Думаю, о нас уже никто не думает. Молдаван города и зоны психологически истязают гвардейцы, русскоязычные соседи и различные просмирновские, проимперские силы, которые оказывают на нас самое подлое давление». Другой беженец говорит мне: «Чтобы Парламент Республики Молдова проголосовал за воссоединение со Страной, чтобы спасти нас от гибели? Я полностью отдаю себе отчёт, что эти парламентарии, в большинстве своём неокоммунисты и русофилы, скорее самораспустятся, чем проголосуют за Воссоединение. Выходом был бы вариант 1859 года, вариант Александру Иоана Кузы».
Тираспольское радио объявляет, что 14 августа состоится парад «приднестровских войск». Генерал Лебедь принёс присягу на верность Смирнову. Всё идёт по сценарию, написанному далеко от берегов Днестра...
Районы Молдовы на левом берегу Днестра входят в её состав лишь на бумаге. В действительности здесь часть России с элементами государственности — министерствами, прокуратурой, армией, милицией, радио, телевидением, банковскими учреждениями... Всё это функционирует благодаря — мы знаем кому, но наверняка в ущерб Молдове, её народу. Власти Республики Молдова потеряли здесь всякое влияние, а после войны русскоязычные со всеми их чиновниками прониклись ещё большей ненавистью ко всему молдавскому, румынскому.
Источник: Гласул, № —, 14 августа 1992, стр. 6, колонки —.
